anna_semirol: (любимая лиска)
Дорогие друзья, выход моего романа "Азиль" на бумаге сдвигается примерно на начало мая. Наш художник в цейтноте, а книгу хочется сделать красивой. Потому запасаемся терпением и ожидаем.
А пока ещё раз напомню: электронную версию романа можно купить только здесь:
https://feisovet.ru/%D0%BC%D0%B0%D0%B3%D0%B0%D0%B7%D0%B8%D0%BD/%D0%90%D0%B7%D0%B8%D0%BB%D1%8C-%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0-%D0%A1%D0%B5%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%BB%D1%8C
Деньги пойдут не пиратам, а автору, который собирает их вам же на бумажное издание.

А тем временем вторая из трёх запланированных книг цикла "Азиль" насчитывает уже 600 тысяч знаков. Я не пропала, я просто работаю над "Одержизнью". И да: очень скучаю по человеческому общению...
anna_semirol: (ушастая)
Благодаря доброй эльфе [livejournal.com profile] tige_elf, которая справедливо считает, что лисо надо тормошить, иначе засохнет и мумифицируется, сегодня с вами плейлист моей жизни. Тиге меня отфлешмобила, и теперь моя задача - познакомить вас с восемью моими любимыми песнями.
Для нелюбящих ютубные вставки прячу свою любимую музыку под кат )

Ещё я периодически ору (ибо это не пение, а натуральный крик души) "All by myself" из "Дневника Бриджет Джонс", впадаю в благоговейный трепет, услышав скрипку Дэвида Гаррета (особенно если это Паганини или "Танго смерти"), встряхнуться мне помогает Muse, в плеере живут треки из французского мюзикла "Ромео и Джульетта", куча саундтреков (к "Господину Никто", "Потрошителям", "Королевству полной луны", "Фонтану", "Великому Гэтсби" эт сетера), но восемь пунктов как-то уж очень быстро закончились :(
Не знаю, будут ли среди до сих пор читающих этот журнал желающие перехватить эстафетную палочку и поделиться с друзьями дорогой сердцу музыкой, но на всякий случай осаливать никого не буду. Вдруг у вас не будет желания поболтать о песнях.

Азиль

Feb. 26th, 2014 11:43 pm
anna_semirol: (steamdoll)
Вынашивала идею больше полутора лет. Никак не могла взяться за неё - не отпускали "Игрушки дома Баллантайн". Но наконец-то процесс пошёл. Вот вам росточек будущего романа. Черновик, само собой.

Звёзд не видно. Ни единой. Хотя взрослые утверждают, что они есть. Даже если сильно-сильно всматриваться – небо тёмное, в расплывчатых разводах разных оттенков серого. Но если очень крепко зажмуриться, а потом резко открыть глаза…
- Same amala oro kelena… Oro kelena dive kerena sa o roma, o daje…
Нянюшкина песня летит ввысь, к шпилям собора, голос Ганны мягок, как пух под крылом отцовской птицы, слова на непонятном языке завораживают, зовут вверх. На макушку ложится тёплая ладонь, треплет светлые пряди.
- Вам пора, месье Бойер, - негромко говорит Ганна.
- Веро ещё не вышла, - упрямится мальчик, капризно кривит губы.
- Мы вернёмся позже, нас привезёт месье Каро. Так велит обряд. Идите же, месье.
Мальчик бросает взгляд на мерцающие тёплым светом свечей окна собора, вздыхает и спускается по выщербленным широким ступеням к машине. На ходу считает: одна ступенька, две, три… После седьмой сбивается. В шесть лет не зазорно забыть, что после семи идёт восемь. Он оборачивается, чтобы окликнуть Ганну, но нянюшка исчезает в дверях собора.
Цокая каблуками, мальчик подбегает к электромобилю и ныряет в салон. Плюхается на сиденье, елозит, устраиваясь поудобнее. Ему нравится, как скрипит искусственная кожа обивки.
- Ты мнёшь мне платье, - сурово замечает мать. – Веди себя прилично.
Мальчик отодвигается в угол, подальше от бесчисленных оборок, кружев и бантов на материнской юбке. Он не выносит, когда она отчитывает его сухим, безжизненным тоном. Хочется думать о звёздах там, выше купола, и о том, какая красивая его сестра в подвенечном наряде.
- А когда мне можно будет вот так, как Веро? – дёргает он отца за расшитый рукав куртки.
- Когда подрастёшь, - улыбается тот одними уголками рта.
- Ну когда?
- Лет в шестнадцать, - нервно отвечает мать. – Уймись.
- Изабель, - с укоризной окликает её супруг. – Всё же хорошо?
- Да-да. Просто расчувствовалась и разволновалась. Едем?
Месье Бойер включает мотор, электромобиль мягко трогается с места. Из темноты перед машиной возникает фигура в накидке поверх униформы.
- Советник Бойер, подождите!
Шум двигателя стихает, месье Бойер опускает боковое стекло:
- В чём дело?
- Срочное послание, - выдыхает гонец, опускает в ладонь Советника конверт и растворяется в ночи.
Мальчик вскакивает с места, заглядывает через переднее сиденье и отцовское плечо. С коротким щелчком ломается сургучная печать на письме, шелестит серая шероховатая бумага. Мать в сердцах дёргает мальчика за пояс в бархатных штанишках.
- Да сядь же на место!
В тот же момент кольцо, подаренное четырнадцатилетней Веронике Бойер к помолвке, падает с ладони девочки. Подпрыгивая, словно живое, оно катится по каменному полу собора и на мгновенье задержавшись на краю, скрывается в глубокой расщелине. Вероника коротко ахает, исчезает с лица счастливое выражение.
Конверт в руках Советника Бойера отчётливо щёлкает и взрывается, залив салон электромобиля ослепительным светом.
anna_semirol: (с лошадкой)
2F5rpWJqKYI

Двери трёх квартир на этаже оказываются незапертыми. Жильцы поспешно покинули их, услышав сигнал к эвакуации. Этьен проходит к окну, выглядывает на улицу, коротко ругается по-французски и спешит к детям.
- Привал, герои. Пойдёмте со мной. Нам необходим хотя бы час отдыха.
Они забиваются в брошенную квартиру, стаскивают мокрую одежду. Этьен заворачивается в найденный плед, загоняет детей в кровать, укрывает двумя одеялами. Снимает с пояса флягу с коньяком.
- По большому глотку. Иначе простудитесь и заболеете.
Близнецы послушно отпивают, закашливаются, краснеют.
- Гадость! – вопят они наперебой.
- Лекарство, - строго возражает Этьен и хмурится: - Ну-ка, быстро оба руки показали!
Сибил и Уильям переглядываются и нехотя кладут руки поверх одеяла. Пододеяльник тут же пропитывается алым. С маленьких ладоней стекают тягучие тёмно-багровые капли.
- Лоа всемогущие… Где вы так поранились?
- Надо было рисовать, - отвечает Уильям. – Быстро. Нам было нечем.
- Но там были стёкла, - робко добавляет Сибил.
Этьен качает головой, рвёт на узкие полосы чистую простынь. Садится на кровать, осматривает порезы на ладонях детей. Смачивает коньяком кусок ткани, быстрыми движениями промокает ранки Уильяма.
- Щиплет! – сквозь зубы шипит мальчишка.
Сибил, видя реакцию брата, пугается. Забивается в угол кровати, прижимает кулачки к груди.
- Этьен, не надо! Мы друг друга полечим, это заживёт очень скоро! - умоляет она.
Он пытается улыбнуться, закрепляя виток импровизированного бинта на запястье Уильяма.
- Я знаю, что вы особенные и можете друг друга лечить. Но сейчас у вас слишком мало сил. Давай лапки, надо обезопасить тебя от инфекции.
- Нет-нет-нет! – испуганно твердит девочка, готовясь заплакать.
- А если оставить, как есть, руки придётся отрезать, - вздыхает Уильям. – И пришить механические, как у папы. А они тяжёлые…
Довод брата действует на Сибил лучше всяких уговоров. Она протягивает руки Этьену, жмурится и отворачивается. Две минуты – и девочка хмуро рассматривает перебинтованные ладони.
- Попить или поесть хочет кто-нибудь? – устало спрашивает Этьен.
Близнецы зевают, выводят нестройное «Нее-еее-еет», обнимаются под одеялом и засыпают почти мгновенно.
- Я просто закрою глаза. На пару минут, - бормочет Этьен, устраиваясь в кресле рядом с ними.
И проваливается в сон, лишь смежив веки.
Будит его Сибил. Сидит на корточках рядом, гладит ладонью по заросшей щетиной щеке.
- Ты плакал, - сообщает она взволнованно. – Я всегда думала, что настоящие мужчины не плачут. У тебя что-то болит?
- Нет, всё в порядке. Просто сны. Как ты себя чувствуешь?
Девочка пожимает плечами, кутается в одеяло.
- Этьен, время может остановиться?
Он садится, трёт ладонью заспанные глаза, поправляет на себе плед.
- Всё относительно. Для нас, скорее всего, не может. Хотя я верю, что оно способно менять ход. Древние индейцы верили, что если дышать медленнее, время замедлится тоже. Кстати, где Уильям?
- Пошёл в туалет. Скажи, когда мы играем и возвращаемся на Перекрёстки, время идёт обратно?
- Нет, малышка. Здесь иное. Вы не поворачиваете время вспять, вы создаёте иную вероятность. Пускаете поезд событий по другой дороге. Но когда вы оказываетесь на Перекрёстке, оно, судя по всему, замедляется. Ровно настолько, сколько хватает вам для перевода стрелки.
- Какой стрелки? – любопытствует Сибил, устраиваясь у Этьена на коленях.
- Ну, некой абстрактной стрелки. Железнодорожные рельсы себе представляешь? Ну вот, там, где рельсы расходятся, и поезд может поехать направо или налево, есть стрелка. Это небольшой направляющий рельс, от положения которого зависит, куда повернёт поезд. Вот вы с Уильямом умеете передвигать эти стрелки.
- И ты умеешь.
- Нет, я не умею. То, что я вам с муравьём показывал – просто фокус. Он среагировал на тональность звука и чуть изменил направление.
- Но это же тоже вероятность, не?..
- Не, - передразнивает девчонку Этьен. – Мне сложно доказать здесь и сейчас, что вы с Уильямом способны изменять события, вернувшись в точку ветвления вероятностей. Это всё потому, что я нахожусь в произошедшем уже после того, как вы её изменили. Я не знаю, не помню, как всё случилось в естественном ходе вещей. Это свойство человеческого восприятия.
В комнату тихо заходит Уильям в длинной мужской рубахе с закатанными рукавами. Смотрит на Этьена грустно, хочет что-то сказать, но сестра опережает его:
- Не говори ему, не надо.
- Он всё равно поймёт.
(с)

Кто-нибудь рискнёт угадать, что за дитя на фотке? :)
anna_semirol: (Default)
Обещала Анюте отрывок из третьей повести. Слово держу.
Божественной [livejournal.com profile] wolfox - огромное спасибо за подаренную близнецам считалочку.



Песок течёт из кулака тонкой струйкой. Ветер подхватывает песчинки, уносит куда-то. Ева набирает следующую пригоршню, медленно сыпет на ладонь. Море мурлычет громадным котом, зовёт к себе. Девушка равнодушно смотрит на серую прямую горизонта между небом и водой.
- Ева-ааа! – зовут близнецы. – Ну Ева же! Посмотри!
Она нехотя оборачивается, равнодушно смотрит на песчаный замок, возведённый младшими. Сибил и Уильям машут ей руками, зовут к себе.
«Надо встать, - говорит себе Эвелин. – Надо подойти и посмотреть. Улыбнуться им. Сказать, что это самый красивый песчаный замок из всех, что я когда-либо видела».
Она встаёт, подходит поближе. Близнецы смотрят на неё настороженно.
- Отличный замок. Да…
Эвелин смолкает, горло стискивает болезненным спазмом.
- У-ууу… Нехорошо, - в голосе Уильяма отчётливо слышны интонации Алана. – Что делать будем?
- Играть? – с улыбкой предлагает Сибил.
Они с братом дуют друг другу на ладони, поднимая маленький вихрь из песчинок.
- Смотри, Ева!
Утихает ветер, впитываются в песок, исчезают волны. Скачут по водной глади два камешка-окатыша. Шлёп-шлёп-шлёп…
- Считаешь?
Двадцать девять, тридцать, тридцать один… пятьдесят… Поверхность океана застывает зеркалом, и со стеклянным звоном скачут по нему вдаль два камешка – чёрный с белой полосой и белый с чёрным пятном.
- Слушаешь? Read more... )
anna_semirol: (Тиль)
Хорошие мои, хочу показать вам ещё один отрывок из того, что пишется. Если кто забыл - лиска работает над второй повестью о нью-кройдонских куклах, "Господином Крысобоем". Это история об одной из ключевых фигур повести - циркачке Пенни Лейн по прозвищу Часовщик.



- Задувай свечи, Пенни! Загадывай желание!
Она делает глубокий вдох, жмурится… Слон Бимбо дует на торт вместо неё, разом гася двадцать две тоненькие свечки. Вся труппа хохочет, Пенни Лейн заливается смехом, вытирает салфеткой сахарную пудру с лица и украдкой смотрит на Джорджино.
Джорджио разливает по бокалам вино, поднимает тост:
- За нашу Пенни – изящную, словно цветок, ловкую, как…
- Мартышка! – пищит карлик Том.
Снова все хохочут, Пенни пьёт до дна, протягивает бокал Джорджино:
- Ещё!
- Хватит, - без улыбки отвечает фокусник. – Ты слишком пьяна.
Пенни Лейн встаёт из-за стола, роняет стул, подходит к Джорджино заплетающейся походкой, суёт бокал ему в руки.
- Наливай! Слово именинницы!
От него всё ещё пахнет чужими духами. И хочется бить его кулаками в грудь, выкрикивая оскорбления. Но никто другой не знает так, как Пенни, что это бесполезно. Потому она смотрит ему в лицо, знакомое до последней крошечной черты, и резко выдыхает:
- Наливай!
- Ты слишком пьяна, - повторяет Джорджио спокойно. - Вернись на место, Ма нарежет торт.
«Ты вернись», - хочет сказать Пенни, но не может. Поднимает пустой бокал на уровень лица фокусника и разжимает пальцы. Джорджио подхватывает его у самой земли, ставит на стол.
- Алле-оп.
У него морщинки в углах глаз и ранняя седина. Очки он не носит только во время представлений, но Пенни кажется, что без них он более собран и лучше видит. Как сейчас. Ей хочется сказать ему что-то дерзкое, но его равнодушный взгляд ломает её агрессию, как сухой стебель. Она опускает голову и плетётся в свой фургончик. Точнее, их с Джорджино.
Два дня назад она вышвырнула все его вещи. «Мерзавец, кобель, лгун! – орала Пенни, размазывая по щекам грим и слёзы. - Она или я, выбирай!» Джорджио поправил очки, пожал плечами, собрал выпавшие из раскрытого чемодана вещи и ушёл. Пенни выла от отчаяния всю ночь, но сказанных слов обратно не вернуть.
- Ненормальная, - сказала Ма. – Он же гордый. Теперь даже захочет – не вернётся.
Пенни знает. Но исправить уже ничего не может. Она никогда не извиняется. «Я ему не изменяла! Он виноват!» - плачет в подушку хрупкая гимнастка. Подушка пахнет Джорджино. А он – чужими духами, сладкими и тяжёлыми как дурман…
Наутро ей совсем плохо от выпитого вина и ночных переживаний. Она умывается под жестяным рукомойником, долго приводит себя в порядок перед зеркалом, укладывает золотисто-пшеничные локоны в затейливую причёску. В трико и короткой юбке Пенни выходит из фургончика, вешает торбу с овсом на Хоруса, обнимает его за тёплую каурую шею, гладит.
- Я не стану старше, чем ты, мой коник. Ни за что на свете, - шепчет она.
Гимнастка решительно пересекает пустой двор за балаганчиком, поворачивает в зверинец, берёт с деревянной колоды связку ключей.
- Пенни! – слышит она голос Джорджио. – Погоди, Пенни!
Не давая себе передумать, Пенни Лейн бежит к самой дальней клетке, на ходу отыскивая нужный ключ, быстро отмыкает замок, переступает порог. Руки дрожат, когда она закрывает замок изнутри. Отцепляет нужный ключ, швыряет связку с остальными наружу. Слышит за спиной шумное фырканье, закрывает глаза, чтобы не было страшно.
- Прости меня, зверик. И пожалуйста, сделай это быстро. Read more... )
anna_semirol: (Тиль)
Уезжаю на дачу, копаться в грязи и колоться розами. На тот случай, если я совсем закопаюсь и не вернусь, хочу сделать на прощание что-нибудь доброе.
А вот. Запостила на СИ вторую часть "Игрушек дома МакАлистеров". Эта история вполне самостоятельна и полагаю, стоит моих вложенных сил и вашего внимания.

Почитать можно здесь
anna_semirol: (Тиль)

На одной из пустынных аллей её догоняет мужчина лет тридцати в кепке набекрень.
- Юная леди, прекрасный день! Вы не боитесь гулять одна в такое время?
- Нет, - отрезает Присцилла, не сбавляя шага.
- Красная Шапочка, тут могут водиться волки, - на лице мужчины появляется скользкая улыбочка. – Позвольте, я вас провожу, мисс?
- Нет.
- Мисс, ну что вы! Я не волк, я охотник. Меня не стоит бояться.
Он преграждает девушке дорогу, заставляя остановиться. Присцилла равнодушно смотрит на него из-под вуали.
- Рассказывают, что Красная Шапочка щедро отблагодарила охотника, - ухмыляется мужчина. – Что у вас в корзинке, мисс?
Правый уголок рта ползёт вверх. Девушка медленно присаживается на корточки, ставит корзину на землю. Смотрит на типа снизу вверх.
- Там волчья шкура, мистер.
Момент – и она резко выпрямляется. Мужчине между ног упирается маленький дамский револьвер.
- Вы ошиблись с ролями. Охотник здесь я, - спокойно объясняет Присцилла МакАлистер. – Выворачивай карманы, Красная Шапочка. Быстрее. Я тороплюсь.
Вместе они идут через весь парк. Мужчина ведёт девушку под руку, вымученно улыбаясь. Ему в бок уютно утыкается дуло револьвера. На Иллюжн-стрит Присцилла сдаёт попутчика первому же патрулю.
- Господа, примите, пожалуйста, подарок. Напал на честную девушку в безлюдном парке, хотел ограбить, - ангельским голоском щебечет она, испуганно глядя на солдат.
- У неё револьвер! – орёт мужчина.
- Да, и что? Времена неспокойные, мародёры кругом. Хороший папа дочку на выданье без защиты на улицу не выпустит, – невинно хлопает глазами Присцилла, лезет в корзинку за револьвером. – Он не заряжен. Смотрите сами. Я даже не умею стрелять…
Солдаты гогочут, уводят незадачливого грабителя. Присцилла МакАлистер следует дальше, стараясь дышать ровно и унять бешено колотящееся сердце.

(с) "Рядовой № 7285"
anna_semirol: (Тиль)
Да-да, у лис творческие планы долго в секрете не держатся. Решила и на этот раз чуть приподнять завесу тайны и показать вам отрывок из небольшой повести, которая готова более чем на половину. Прицепленный к посту трек - то самое либертанго, которое... Почитайте :)




Они стоят у входа в танцевальный зал, отступив в тень, и Уильям Раттлер негромко рассказывает Джасперу:
- Она моя младшая. Поздний ребёнок, слабый, любимый. Я был против брака, как чувствовал. Надо было оставить её при нас, но начались «я его люблю», истерики, протесты. И через год она рожает. Пытались справиться втроём с мужем и акушеркой, долго не посылали за врачом. Она истекла кровью. Если бы мне сказали раньше… На пару часов! Был бы шанс.
Джаспер долго смотрит в одну точку, потом спрашивает:
«Кто её возвращал? Когда?»
- Сенатор МакАлистер, два года назад.
«Она проходила программу адаптации? Училась общению?»
- Нет. Амсленом с ней занималась мать, но она очень неохотно общается.
Со своего места Джаспер видит только спинку кресла, уложенные в высокую причёску тёмные волосы и наброшенный на плечи сиреневый шифоновый шарф. Шею скрывает глухое колье, больше похожее на ошейник.
- Попробуй. Вдруг ты знаешь о ней то, чего не знаем мы, - верховный главнокомандующий поворачивается к Джасперу, смотрит на него с надеждой. – Я не поверил в то, что ты кукла, потому что ни в одном из перерождённых нет того, что есть в тебе. Нет искры жизни.
Джаспер пожимает плечами. «Искра жизни, - думает он. – Она есть в каждом. Но не всем дано желание противостоять».
«Что она любила раньше?»
- Она божественно танцевала.
Секунда на раздумье.
«Сэр, попросите музыкантов сыграть либертанго»
Лёгкий поклон – и Джаспер переступает порог танцевального зала. Подходит к сидящей в кресле девушке. Чуть касается руки в длинных чёрных перчатках. Девушка поднимает голову и смотрит на него без малейшего интереса.
«Долорес, позвольте пригласить вас на танец»
Короткий жест – «нет». Джаспер не собирается отступать.
«Я прошу только один танец. И клянусь, я вас более не побеспокою»
«Нет»
«Мне надо показать вам нечто очень важное. Для вас, Долорес»
Она колеблется. Он осторожно тянет её из кресла. И она идёт с ним – не из любопытства, а покорившись чужой воле.
- Танго, - говорит Джаспер одними губами.
Долорес Раттлер едва заметно кивает.
Танго подхватывает их мгновенно, окутывает жаркой волной. «Читай по губам, - просит Джаспер. – Смотри на меня. Слушай музыку».
Шаг - и, подчиняясь движению партнёра, девушка идёт следом. Шаг, ещё шаг, поворот. Руки вторят губам: иди, доверяй, отрешись. Есть только музыка и цепочка шагов до следующего поворота, от которого могла бы закружиться голова, но руки держат, а музыка ведёт.
Двоих. Вместе.
Дышать в унисон, поддерживать, направляя, подчиняя своим рукам. Почти касаясь губами щеки, плавно вести по залу, кружа в водовороте настоящей страсти, то отпуская, то резко привлекая к себе. Замри, Долорес, видишь – тело помнит все твои желания. Стань ближе. Доверься. Смотри, Долорес – кружится потолок, сияют огни. Вспомни, Долорес! Что было дорогого у тебя, осталось с тобой. Проснись, Долорес! Ты можешь танцевать. Ты можешь чувствовать ритм, ты помнишь этот танец, ты можешь… Танцуй. Улыбайся. Отталкивай меня. Борись. Живи.
- Мы. Не. Мёртвые.
Кружится в центре зала юная пара. Бледная тоненькая девушка в летящем сиреневом платье и светловолосый юноша в строгом костюме с воротником-стойкой. Движения их потрясающе синхронны, сочетанию ленивой грации с резкостью страсти удивляются даже хорошие танцоры. Глаза юноши сияют, на губах девушки расцветает улыбка. Затаив дыхание, элита Нью-Кройдона наблюдает, как танцуют танго две механические куклы. Танцуют на зависть живым. Танцуют в своё удовольствие.
Байрон МакАлистер тоже смотрит. И с каждой секундой мрачнеет всё сильнее. Как только смолкает музыка, он поворачивается и уходит. Весь оставшийся вечер он играет в преферанс с нью-кройдонской аристократией и изо всех сил гонит прочь из памяти взгляд Джаспера, обращённый к дочери верховного главнокомандующего.
anna_semirol: (волчица)
Дамы и господа, помнится, не так давно я вам показывала шкатулочки, которые сама делаю. И были вопросы по поводу того, можно ли это купить.
Можно!
Вот что у меня для вас есть.


У шкатулочек с лютиками и голубыми бабочками уже есть хозяева,но могу повторить на заказ. Все же остальные продаются. Заинтересовавшимся явлю фотки приглянувшейся вещицы со всех возможных ракурсов.
anna_semirol: (жутик)
Посвящается факту неприезда обожаемого
фантаста Андрея на Роскон, а также прекрасной Дарие,
которая самоотверженно за 2 часа писала фэнтези
аж на пять тыщ знаков

С чувством глубокого обожания, Лисо


Любочка ещё раз взглянула на развёрнутое окошко сообщения. Может, не так поняла? Да нет, невозможно как-то иначе понять фразу «Увы, я на конвент не еду». Губы предательски задрожали, на глаза навернулись слёзы.
- Аааааааа!!! - страдальчески выдала Любочка, заламывая руки. - Да как он может? Да кто он после этого? За что он так со мной?
И уже тише — ибо зрителей не было и истерика гасла, не успев разгореться:
- И как теперь жить-то?
Любочку можно было понять. Вот уже пять лет она любила писателя Эн. Тихо, беззаветно, на солидном расстоянии. Она знала наизусть все его книги, воевала на форумах, где ругали Эн, робко и очень сдержанно общалась с ним в сетевых мессенджерах. И целых пять лет жила мечтой о встрече с ним. Нет — с НИМ.
Подруги давно обзавелись парнями, а Любочка проводила всё свободное время исключительно с книгами Эн. Всё нормально, рядовой подростковый фанатизм, с кем не бывало. Ну, вы себе представляете, да? Для проникшихся ситуацией - велком )
anna_semirol: (лиска и медведик)
(Немножко старенького в честь праздника)

На самом деле Лапоньку звали Машенькой, а Медведя она называла так потому, что по её мнению это имя ему полностью соответствовало. Медведь по паспорту был Сергеем, а Машеньку звал про себя Лапонькой, потому что не знал её имени. Ей было чуть за двадцать, ему – около сорока.
Медведь работал продавцом в магазине женской обуви. Каждую неделю по пятницам у него наступал праздник: где-то после пяти часов вечера в стеклянные двери магазина входила Лапонька. Она легко несла себя мимо рядов коробок с обувью, отражаясь в многочисленных зеркалах то в ярко-жёлтом плаще, то в алом сарафанчике, то в пушистой рыжей шубке. «Её невозможно не ждать, - думал всякий раз Медведь. - Эта девушка – само Прекрасное Настроение». Она редко что-то покупала, но Медведь обожал её визиты.
Лапонька проходила к своему любимому пуфику, элегантно присаживалась и улыбалась в сторону застывавшего в ожидании Медведя. Он спешил к ней – большой, похожий на Депардье, слегка неуклюжий, с открытой детской улыбкой от уха до уха. Лапонька спрашивала «что-нибудь новенькое на тридцать пятый размер», и Медведь принимался с усердием рыскать среди гор обуви, не переставая счастливо улыбаться. Отыскав самые красивые туфельки, ботиночки, босоножки или сапожки (в зависимости от времени года), он торопился к ней.
Лапонька млела, когда большущий Медведь опускался перед ней на колени, снимал с неё обувь, бережно брал маленькие ножки в огромные свои ладони, несколько долгих секунд любовался, слегка покачивая их, как в колыбели. После аккуратно примерял ей новые туфельки, ботиночки, босоножки или сапожки (в зависимости от времени года), ласково и немного смущённо бормоча: «Не жмут? Вам удобно? Желаете ещё померить?»
Медведь чувствовал себя хранителем самого ценного из всех сокровищ мира. Стесняясь собственных неуклюжих комплиментов, он был абсолютно счастлив от того, как хрупкая Лапонька улыбалась, слушая его голос и примеряя очередную пару… «Век бы качал на ладонях эти крохотные ножки», - думал Медведь.
Потом она уходила, чтобы вернуться ровно через неделю и принести неизменную радость не только Медведю, но и всем посетителям того магазина женской обуви. Эта странная пара обладала совершенно магическим свойством: каждый, кто смотрел на них, становился счастливее.
Хотите, у вас вырастут крылья? В пятницу, после пяти вечера…
anna_semirol: (волчица)
Гневный пост должен смениться чем-нибудь милым, добрым и пушистым.
А вот фигушки!!! Всем назло сейчас опять буду злобно рычать! Ну не нарушать же сложившуюся традицию полной клиники МДП
Вот. Я долго молчала, чтобы не сглазить, но теперь точно можно это показать

http://issuu.com/svoikrug/docs/december2010?mode=embed&layout=http%3A%2F%2Fskin.issuu.com%2Fv%2Flight%2Flayout.xml&showFlipBtn=true
Вот такая добрая новость =)
anna_semirol: (Default)
-Деньги выпускать может только государство, сынок.
-А почему? Они же нужные. Значит, их надо больше.
А больше будет, если кто-то поможет.



Тяжёлый фужер падал на пол, словно в замедленном показе. Вот Кейко потянулась за салфеткой, вот кружевная манжета форменной блузки слегка коснулась высокой ножки фужера, обхватила её, словно волна прибрежный валун, и повлекла за собой. Фужер дрогнул, поддался волне-манжете и задержавшись на краю столешницы, медленно накренился. Вино полыхнуло алым бликом, игриво лизнуло белую ткань рукава.
Read more... )

"Живица" на Самиздате
anna_semirol: (жутик)


Жила-была на свете девочка, воспитанная орками. Детям с ней запрещали водиться, но они всё равно водились, потому что дети - они как лисо: могут водиться где угодно. Не говоря уж о том, что с кем угодно.
Девочка была форменной мимими, и многие умилялись и тянулись её погладить и пожмякать. Но забывали, кто её воспитывал. Ужасу и удивлению не было предела, когда маленькая усипуська издавала низкое предупредительное ворчание и спустя мгновение впивалась в руку рискнувшего погладить острыми зубками. След укуса тоже был мимими, особенно лет в пять, когда начали меняться молочные зубы.
Друзья больше всего ценили в девочке орчность. Только она умела мастерски воровать груши в саду господина Агли, делать кукол вуду, выгрызала самые классные тыкворожи на Хэллоуин и круче всех плевалась горохом. А ещё она знала миллион и одну страшную историю и умела ругаться по-орчьи (но делала это очень редко). Благодаря мимими-качествам девочка легко училась в школе. Она зомбировала взглядом весь преподавательский состав, принуждая объяснять ей индивидуально по десять раз то, что было непонятно. По орчьему языку она была круглой отличницей, а самые отъявленные школьные хулиганы каждый день с почестями несли её домой на руках (и горе тому, кто случайно ронял портфель или мешочек со сменной обувью!).
Потом девочка выросла, стала ещё более мимими и орчьи замашки возрасли в цене многократно. Девочку обожали преступные авторитеты, зубные врачи, перед ней благоговела милиция и самые матёрые гибдэдэшники. Девочку пытались сманить к себе политики: следы укусов с вороватых взяточных рук сходили несколько лет. Девочку хотели сделать королевой преступного мира, но разве можно насильно короновать особу, гениально владеющую вуду? И кукольную выставку в центре города многие вспоминают по прошествию долгих лет, да...
После девочку много-много раз звали замуж. Но она отказывала самым искуссным ловеласам и первым красавцам всея Земли. Потому что скучные.
Чем же закончилась эта история? Девочка ушла жить к оркам. С ними было уютно. Только они могли рассказывать самые добрые в мире сказки и рядом с ними можно было спокойно быть маленькой очаровательной мимими, воспитанных в лучших традициях орчьего народа.

Если кто подумал, что это и есть история про Кейко Дарэ-ка, то ошибся =)
anna_semirol: (лисо)
Не флэшмоба ради, а мозговой разгрузки для.
Алёнушка дала лисо пять слов, к котором приписан термин "идеальный".
Что ж, поговорим об идеалах.

Идеальная книга - обязательно бумажная. С белой бумагой, вкусно пахнущая типографской краской. На обложке - картинка, из-за которой книга просится в руки. А под обложкой - текст, авторство которого я мечтала бы присвоить.

Идеальный напиток - травяной чай с листиками мяты, мелиссы и смородины, который готовил раньше мой папа. Или чай "Брук бонд", который папа принёс мне в больницу после аппендэктомии, чтобы я скорее поправлялась. Тогда чаи в красивых коробках были в диковинку, и этот чай казался мне самым-самым.

Идеальная еда - рыбка, фрукты и горький шоколад. И кашка на завтрак.

Идеальный выходной - любой выходной, в котором нет места дикому чувству одиночества.

И напоследок - идеальное лисо.
Идеальное лисо никогда не ноет. Всегда улыбается и не боится говорить прямо. Умеет отказывать. Не болеет. Умело распоряжается своим временем. Пишет - и пишет хорошо, так, что публикуют. Идеальное лисо всегда находит время на сына. Идеальное лисо постоянно удивляет мужа вкусным. Идеальное лисо довольно собой. Идеальное лисо - с ладо рядом.
Идеальной лисо не существует...
anna_semirol: (пирамидка)
Я не пропала, я где-то есть.
Понемногу правлю роман. Это сложне, чем кажется на первый взгляд. Труднее всего сделать именно лучше, а не поменять на тождественное. Олег, я без твоей помощи не справлюсь!
На даче розы готовятся к цветению. Любимая плетушка Тильда вся в бутонах, а перед отъездом с утра выдала вот такой сюрприз:


По вечерам у нас под крышей скандалят летучие мыши. Маленькая семейка разрослась до внушительного прайда: штук 20 минимум. Судя по воплям, после заката начинается выяснение, кому лететь за пищей первому.
Появились странные существа: здоровенные тёмные бабочки. Я их видела и раньше, но никак не на даче, а гораздо южнее. В те же странности отнесём доселе невиданные ярко-синие цветы в поле, похожие на люпины. Ну и длинных - со спичечный коробок - многоножек, которых сын боится, как огня.
А ещё к нам ёж забрёл. Был обнаружен сыном, пойман, отфоткан, накормлен. После чего протиснулся в дырку в организованном "загончике" и ушёл в лес.
Вот вам фото Ежа и ежа:


Вот такие пироги.
Есть задумка на рассказ для "Созвездия Аю-Даг", но пока не напишем - буду молчать. Просто чтобы не спугнуть идею. Не успеем к "Созвездию" - сделаем его для себя (если честно, я не помню сроки окончания приёма рукописей)
anna_semirol: (волчица)


Вот такой малыш у меня теперь живёт :) Пока осваиваю, но уже успела выяснить, что вёбка в нём работает прекрасно, а тачпад - штука не очень удобная (не в Asus еее, а в принципе). Останется добыть беспроводную мышку и мобильный модем - и вот оно, переносное минисчастье :)
anna_semirol: (Default)
Работаю. Привыкаю не думать о еде с 6.30 до 15.00. Вместо этого думаю о проблемах будущих мам, где отыскать Тотему или Ферлатум в городских аптеках, думаю о розах на даче и о тех двух розах, что купила на днях. И всё время думаю о тех, кто дороже жизни.
В рабочий ритм вошла, по 25-27 человек за смену принимаю без особых усилий. Достаю заведующую вопросами, благо она не против.
Очень хочется в свободное время читать что-то хорошее. Но нет - приходится читать текст, который не нравится абсолютно. Ибо надо обязательно. Кажется, у меня развивается текстотоксикоз :(
А ещё Ёжик приболел. Чуточку, фарингитом. Но всё равно как-то невовремя.

И чуть не забыла, растяпа: я вас очень люблю, мои хорошие. Честно всех читаю, хотя на комментарии сил нет.
anna_semirol: (Default)
Всё началось с того, что папа повёз лисо в магазин. За папин счёт. Такое случается не чаще, чем полное солнечное затмение вкупе с парадом планет сразу. Лисо грустное было в праздники, вот лисий папа и проникся. Папа лисо любит. Взаимно и навсегда, вот.
Но ужас и горечь ситуации не в этом. Папа купил лисо трусики. В рамках благотворительной программы "набирай то, что тебе нужно, я оплачу". Лисо взяла упаковку любимых инкантовских трусиков размера "3" (как обычно, вобщем), и ворох всякого нужного и необходимого.
А дома при попытке влезть в трусики выяснилось, что всё отлично, но не то резинку в трусики дебил вшивал, не то вместо резинки сейчас просто в моде глухая застрочка ниткой... Вобщем, попа лисо в трусики не вписалась. Лисо обиделось на трусо. Фиг с ними, выкидышами косоруких турецких модельеров, у лисо есть верные старенькие стринги.
А потом в шкафу нашлись джинсы. Летние. Любимые. И они не только попу лисо не признали, но и бёдра. Лисо успокоило себя тем, что джинсы после стирки, подумала немного и ЗАПАНИКОВАЛО.
Теперь вот, прошу любить и жаловать - украшение холодильника:


Олежа, я знаю, что ты любишь мою попу такой, какой её создал пищевой режим. Да, я мягкая и уютная. Но когда надо мой издеваются джинсы и трусы - это трагедия всего лисьего рода.
Начинается Великое Двухнедельное ПротивНостояние.
Делайте ставки, дамы и господа.

Profile

anna_semirol: (Default)
anna_semirol

July 2017

S M T W T F S
      1
234 5678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 01:52 am
Powered by Dreamwidth Studios